Kinoglaz

 


- Stop Press


Diary of events

 

Films


Names


Film documentation

 

 

L'association kinoglaz.fr




Search with Google    


 

Кино - это еще и полезные контакты

 

Интервью продюсера Лорана Даниелу, Rezo Films, Париж

 

Записано Еленой Квасовой-Дюффорт и

Жаком Симоном, (Kinoglaz.fr), январь 2008

▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪ ▪

 

 

Биография : Специалист по литературоведению, в 1987 Лоран Даниелу начал работу в посольстве Франции в Москве в качестве атташе по вопросам культуры. Одновременно он сотрудничал с многочисленными изданиями, в том числе Cahiers du cinéma и Le Monde, где опубликовал ряд статей по вопросам кинематографа. В 1993 году он в течение четырех лет продолжил работу в качестве атташе по вопросам культуры в Лос Анжелесе, где он также принял участие в производстве фильмов. Вернувшись во Францию в 1997 году, Лоран Даниелу стал одним из создателей журнала Synopsis, посвященного проблемам сценария, а также журнала Zurban, рассчитанного на широкую публику. С 2000 году Ларан Даниелу работает в Rezo Films, где сначала он отвечал за международный связи и, главным образом, за закупки зарубежных фильмов. Затем в его обязанности стали входить международные копродукции и международные продажи.

 

 


 

 

Не могли бы Вы сказать нам несколько слов о Вашей компании ?

 

Rezo Films существует уже пятнадцать лет. Сегодня во Франции это одна из наиболее значительных независимых компаний, осуществляющих производство, дистрибьюцию и продажу фильмов. Компания специализируется прежде всего на авторском кинематографе в широком смысле этого слова. Например, мы являемся продюсером, дистрибьютором и продавцом последнего фильма Эрика Ромера (Eric Rohmer). Мы занимались дистрибьюцией более ста пятидесяти фильмов во Франции и во всех странах мира, в год мы производим приблизительно четыре полнометражных фильма, в основном французских, и занимаемся международными продажами около десяти фильмов. Мы являемся независимой компанией, в том смысле, что мы не связаны с какими-либо французскими или зарубежными группами, работающими в сфере телевидения или коммуникации.

 

Интерес к российским фильмам связан с Вашим приходом в компанию ?

 

С тех пор, как я здесь нахожусь, я интересуюсь российским кино. В этом году мы работали над несколькими проектами, занимались производством, дистрибьюцией и международными продажами таких фильмов как Александра режиссера Александра Сокурова, Остров Павла Лунгина, фильм, дистрибьюцией которого мы занимались во Франции и который был очень хорошо принят. Был также документальный фильм Бунт: дело Литвиненко, который был представлен в официальном конкурсе прошлого года на Каннском фестивале и который вышел во Франции в январе у дистрибьютора Haut et court. Мы продали его во многие страны мира.

 

Три года назад мы занимались международными продажами фильма, который в то время считался одним из первых русских боевиков, Личный номер. Этот фильм, не являющийся при этом шедевром кино, интересен качеством своего производства. Мы представили его на Каннском кинорынке и продали во всем мире. Сегодня за исключением Ночного дозора, права на который во всем мире были куплены Fox, я думаю, что Личный номер является самым успешным фильмом, продажи которого осуществлялись в каждой стране по отдельности, поскольку он был куплен в сорока странах. В Китае на него было продано более восьмисот тысяч билетов. То есть, нам кажется интересным заниматься продажами российского боевика, именно чтобы показать покупателям, что существует не только авторское кино. И мы продолжаем следить за такого рода фильмами, поскольку сегодня их техническое и сценарное качество повышается.

 

Каким образом можно было бы охарактеризовать сегодня рынок российского кино во Франции ?

 

В настоящий момент этот рынок очень маленький. Выходит очень мало фильмов. За исключением Ночного дозора, который в свое время во Франции прошел плохо, не вышло ни одного большого фильма, ни одной крупной продукции. Дневной дозор, продолжение Ночного, Fox выпустил всего шестью копиями, это неудача. Во Франции выходят только авторские фильмы известных на Западе режиссеров, Сокурова, Лунгина, Михалкова, сегодня к ним прибавился Звягинцев. Но все это ограничено одним или двумя фильмами в год, на которые каждый раз приходит очень мало зрителей. Даже если 2008 год начинается хорошо, пятью фильмами выходящими во Франции : 9 января вышел Остров, дистрибьютор Metropolitan Film Export делает большую премьеру Монгола Сергей Бодрова, в январе вышел Бунт: дело Литвиненко, в  феврале выйдет фильм Звягинцева [Фильм Дневной дозор вышел во Франции 23 января 2008- Kinoglaz.fr]. То есть программа будет насыщенной.

 

Я вижу большинство российских фильмов. Мы ищем фильмы, обладающие достаточным качеством и в достаточной степени оригинальные, чтобы выйти во Франции и быть проданными в мире. В России есть два типа кино – кино очень коммерческое и кино артхаусное. И тот и другой тип интересен. Однако во Франции конкуренция в залах такова, (каждую среду выходит от пятнадцати до двадцати новых фильмов), что фильм, каким бы он ни был, русским, немецким или испанским, должен быть не просто хорошим, он должен быть исключительным, чтобы пробиться через критику, чтобы пробиться к зрителю.

 

Вы говорите об иностранном фильме?

 

Да. С французским фильмом все немного по-другому, потому что во Франции есть  известные актеры, то есть, фильму необязательно быть выдающимся, чтобы хорошо пройти. Чтобы о французском фильме заговорили до его выхода на экраны важны другие критерии : интерес сюжета, известность актеров и режиссера.

 

В России часто существует тенденция считать, что русское кино никого на Западе не интересует. Это и верно и неверно. Верно, потому что выходит мало фильмов и на эти фильмы приходит мало зрителей. Неверно, потому что, к сожалению, так происходит и с фильмами из других европейских стран, за исключением, может быть, одного или двух авторов. За исключением Альмодовара, в год выходит один или два испанских фильма, у которых очень маленькие сборы. Настоящая мода у зрителей существует на немецкое кино, которое последние несколько лет порадовало несколькими очень успешными фильмами. Мы выпускаем в феврале фильм Фальшивомонетчики (The Counterfeiters /Die Fälscher  реж. Штефан Рузовицкий / Stefan Ruzowitzky), номинированный на  Оскар. Скорее всего  этот успех достигнут благодаря тому, что немецкие режиссеры вдруг начали интересоваться  недавней историей своей страны, трагической, но очень интересной. Что до сих пор не делается российскими режиссерами.  Чешское и польское кино очень широко представлены на кинофестивалях, во Франции существует большое число фестивалей, показывающих подобные фильмы. Таким образом, эти фильмы знакомы синефилам, однако с коммерческой точки зрения они практически незаметны. То есть, все европейское кино лучше всего идет у себя дома. Французские кино немного в этом отношении отличается, оно лучше продается  за границей, но, тем не менее, в Италии или Испании его доля рынка очень незначительна, это один или два процента. Самый большой среди европейских стран рынок французского кино  - это Россия.

 

Я думаю, что у российского кино есть реальный шанс, потому что растущая, как в количественном так и в качественном отношении киноиндустрия наверняка привлечет внимание западных дистрибьюторов. Проблема находится на уровне сценария. Истории, рассказываемые в русских фильмах, немного локальны. То что они локальны не является недостатком, но западные зрители не всегда до конца их понимают, что и как и почему, а кроме того там играют неизвестные актеры.

 

Выход фильма в залах это одна часть вопроса. Но, может быть, есть фильмы, которые покупаются только для выхода на DVD или для показа на определенных тематических телеканалах? Возможно ли, чтобы фильмы были проданы, но не выходили в кинотеатрах?

 

Как правило все фильмы выходят в кинотеатрах. И от их успеха в залах зависит их успех на DVD или на телевидении. Фильмы Сокурова, Лунгина, Михалкова, то есть, очень известных авторов, могут быть проданы на телевидение. Для других – все немного сложнее. Есть исключения, например, Девятая рота, которую показали на одном из платных каналов группы Canal + в рамках дня российского кино.

 

То есть, нет такого, чтобы часть фильмов продавалась сразу для выхода на DVD или показа по телевидению?

 

Во Франции, нет. Единственное, что можно было бы себе представить, это русские боевики, изданные на DVD, потому что DVD это естественный рынок сбыта для подобной продукции. Так как это происходит с азиатским кино. Среди азиатских фильмов публику прежде всего интересуют фильмы кунг-фу. Это боевики со сценами боев, очень физическими, которых в Европе не производится. Это очень специфично, очень оригинально и предназначено для определенной публики. А в русских боевиках нет пока особенной оригинальности.

 

Русские боевики очень локальны, то есть, контекст и диалоги затрудняют выпуск их во Франции. Такой фильм как Девятая рота Федора Бондарчука ожидался с нетерпением европейскими дистрибьюторами. Но, увидев его, люди здесь были разочарованы. Это совершенно не плохой фильм, но он не был по-настоящему интересен для западной публики. Он был разрекламирован как первый русский фильм о войне в Афганистане, а представлял собой серию диалогов и воспоминаний о молодых русских солдатах. Там не было ничего от боевика, в том виде как его ожидает здесь местная публика. Фильмы такого рода невозможно выпустить.

 

В России есть огромная традиция авторского кино. И когда сегодня там пытаются сделать боевик, « интеллектуальная » амбиция еще очень весома. И в результате фильм как бы находится между двумя жанрами. « Артхаусный боевик » это немного сложно.

 

И есть фильмы, где Вы с самого начала понимаете, что они во Франции не пойдут?

 

Да, и это случай большинства фильмов. Так же как большинство французских фильмов не пойдет в России. Слишком локальные российские фильмы не могут иметь успеха во Франции.

 

Российское кино в такой степени развивается, что, я уверен, мода на него может возникнуть. И самый верный этому признак то, что российские фильмы хорошо идут в России. Россия это одна из редких стран, где в первой десятке самых успешных в коммерческом отношении фильмов находятся фильмы российского производства. Там огромное увеличение числа суперпродукций. Кроме того, российский кинематограф является единственным европейским кинематографом, приближающимся к Голливуду, это необязательно недостаток. Ни в одной европейской стране кроме России не было создано американской модели жанров. Российские фильмы распределяются на боевики, триллеры, фильмы для детей, мультфильмы, фильмы ужасов и т.д. Много разных жанров и в общей массе произведенных фильмов есть много интересных.

 

Проблема, с которой часто встречаешься, это то, что фильмы сами по себе интересны, но сценарии их до конца не доработаны. И для нашей публики это представляет сложность. Взять фильм Бумер, который мне лично очень понравился и который можно было бы показать здесь, потому что в нем была достаточно необычная Москва и, как боевик, он был достаточно хорошо сделан. Первый час фильма замечателен, даже забавен, но на втором часу в фильме нет ничего нового и он затухает.

 

Ночной дозор это пример технически очень хорошо сделанного, очень амбициозного с производственной точки зрения фильма, с оригинальным, своеобразным сюжетом. Значительный международный успех. Все это способствует увеличению интереса к русскому кино со стороны молодежной публики. И это важно, потому что в России, как и повсюду, в кино ходят очень молодые люди, возраста меньше 25 лет, которые хотят развлечься и не смотрят артхаусное кино.

 

На Сокурова, который только что вышел на экраны, было продано очень скромное число билетов. Скромное не потому, что российское кино не интересует людей, а потому что молодая публика не ходит на подобное кино. Два года назад мы работали с фильмом Бергмана Сарабанда, и число проданных билетов было тем же. Публика у специфического артхаусного кино либо очень небольшая, либо ждет выхода фильма на DVD.

 

Существует ли какая-либо общая стратегия выпуска русского фильма во Франции? Или эта стратегия зависит от конкретного фильма?

 

Мы занимаемся международными продажами фильмов со всего мира. Если речь идет о русском фильме – а у нас их бывает один или два в год –  упор делается на качество фильма, а не на тот факт, что этот фильм русский. Когда дистрибьютор собирается приобрести фильм, то что его интересует это, пойдет ли этот фильм или нет. А то, что этот фильм русский не является особенным преимуществом. Интересует качество фильма, в случае авторского фильма – талант режиссера. Но на фильме Личный номер мы настаивали на том, что это первый русский боевик и только благодаря этому анонсу на первый показ фильма пришло четыреста дистрибьюторов, было спровоцировано определенное любопытство. Дистрибьюторы хотели посмотреть, что представляет собой первый русский боевик. Для того времени он был достаточно хорошо сделан, хотя сейчас русские делают еще лучше.

 

Выход фильма Остров был назначен на 9 января, между русским Рождеством и Старым Новым Годом. Мы работали с различными целевыми группами, с верующими, с теми, с кем мы уже работали на выходе фильма Великое безмолвие (Die Grosse Stille, 2005, режиссер Филипп Грёнинг/ Philipp Gröning), например, с католической общиной в широком смысле, с отдельными приходами, с русской православной общиной. Мы приготовили очень большое досье для прессы, не только о производстве фильма, интервью, это нормально, но и по поводу православия. Кроме того, мы работали с русской диаспорой, хотя русские уже могли увидеть этот фильм на DVD. Фильм был очень хорошо принят публикой и прессой, например у нас была целая страница в газете Le Monde, полная энтузиазма, и мы надеемся, что на фильм будет продано 50 000 билетов.

 

Что касается числа проданных билетов, каких цифр обычно можно ожидать от русского фильма?

 

Я могу дать Вам три примера. На Александру Сокурова должно быть продано около 25 000 билетов. Это мало в абсолютном выражении, но во Франции за последние 20 лет ни один фильм Сокурова не собрал меньше 20 000 зрителей, ни больше 30 000. На фильм Итальянец пришло 5000 зрителей. Дневной дозор закончит с очень небольшими результатами, не больше 10 000, так как в Fox было решено ограничиться техническим выходом фильма. [технический выход : выпуск фильма в минимальном количестве копий, необходимых для сохранения дистрибьютором государственных субсидий – Kinoglaz.fr.] Единственный режиссер, который делает хорошие сборы во Франции, это Михалков (Сибирский цирюльник : 1 000 000 билетов, Утомленные солнцем : 600 000 билетов.)

 

И как же позиционировать русский фильм таким образом, чтобы публика все-таки на него пошла?

 

Чтобы получить международный прокат русский фильм, так же как и испанский или итальянский, должен быть очень хорошим. Если он неплох, этого недостаточно.  Конкуренция очень жесткая. Сейчас наибольшим успехом пользуются радостные фильмы, так называемые« feel good movie », как, например, израильский фильм, который был представлен в Каннах, Визит оркестра (Bikur hatizmoret, 2007, режиссер Эран Колирин / Eran Kolirin)

 

Выпуская Остров, мы организовали специальные показы для прессы и надеемся, что французские критики напишут, что фильм не просто хороший, а что он великолепный. То же самое с Александрой. Без такого рода энтузиазма критики невозможно вытянуть людей в залы. Но эти два фильма все равно очень специальные, требующие усилий для их понимания и они не рассчитаны на широкую публику.

 

Априори люди не слишком интересуются русскими темами. Интерес к русской культуре и русской жизни невелик. Когда в новостях проходят сюжеты о России, в основном они негативны. То есть, собираясь в кино, люди не ставят себе задачи посмотреть русский фильм, они хотят посмотреть хороший фильм.

 

Факт тот, что для того чтобы выработать привычку, создать моду на определенную кинематографию, часто достаточно одного единственного фильма. Например, десять лет назад у французского кино были определенные сложности, оно болело. И моду на французское кино создал фильм Амели, эта мода еще продолжается. То же самое произошло с фильмом Гуд бай Ленин!, который начал моду на немецкое кино. С тех пор была еще пара успехов, как например фильм о Гитлере Бункер (Der Untergang, 2004, режиссер Оливер Хиршбигель /Oliver Hirschbiegel) или Жизнь других, которые доказали, что немецкое кино может иметь серьезный успех за границей. И это способствовало дистрибьюции многих других фильмов, которые имели меньший успех, но тем не менее заинтересовали.

 

В настоящий момент у русского кино еще не было подобных успехов, за исключением фильмов Михалкова. Можно надеяться, что этот успех еще придет, какой-то новый режиссер станет источником определенной моды и это поможет и другим фильмам. Пока это не так. Но именно поэтому я с интересом слежу каждую неделю за фильмами, которые делают большие сборы в России, потому что один из них, без всякого сомнения, будет обладать качествами, чтобы быть показанным здесь.

 

Я помню фильм, который мне очень понравился два года назад, Piter FM. Хорошо сделанная, радостная, романтическая комедия, хорошо поставленная. Я думаю, этот фильм мог был быть продан за границу.

 

Какими возможностями Вы располагаете, чтобы увидеть новые русские фильмы?

 

К счастью, я говорю по-русски и несколько раз в год езжу в Москву. Часть фильмов, из тех которые я вижу, предлагают мне сами продюсеры, они посылают мне фильмы на DVD. Другие фильмы я вижу в Москве, в процессе монтажа на Мосфильме или когда езжу на Кинотавр в Сочи, или в Ханты-Мансийск. Я вижу практически все выходящие за год русские фильмы.

 

Фильм, показанный на Кинотавре, не слишком ли это поздно для Вас?

 

Совершенно нет. На Кинотавре часто показываются совсем новые, еще не вышедшие на экраны в России фильмы. Посмотрите, какое внимание привлек на фестивале Sundance фильм Русалка, шесть месяцев после Сочи. А скоро он поедет в Берлин.

 

А Вам случается бороться за российский фильм с другим французским дистрибьютором?

 

Нет, не сказал бы. В мире снимается очень много фильмов. В нашей компании мы часто видим русские фильмы раньше других. Из этих фильмов мы отбираем себе совсем немного, а другие не берут ничего. Нет, конкуренции практически не существует.

 

Много раз случалось, что фильм меня интересовал и я считал, что можно было бы с этим фильмом поработать. Например, несколько лет назад - Турецкий гамбит. Но в ту пору русские продюсеры стремились продавать фильмы только мэйджорам и не хотели работать с независимыми компаниями. А получилось так, что американские мэйджоры взяли только Ночной дозор, потом, месяцы спустя, ничего больше не произошло..

Это хорошо, что Ночной дозор был куплен американским мэйджором, но плохо то, что с тех пор все русские продюсеры мечтают совершить такую же сделку.

 

Когда мы встречались для подготовки этого интервью, Вы сказали, что хотели бы найти русский фильм с хорошим коммерческим потенциалом.

 

Мы были бы счастливы наряду с авторским кино показать хороший русский фильм, на который было бы продано не 50 000 или 100 000 билетов, а 1 000 000. Но, еще раз, для того, чтобы он пошел, русский фильм должен быть хорошо сделан технически, быть снят по хорошему сценарию и быть оригинальным. И жалко, что режиссеры, сценаристы и продюсеры не черпают в сокровищах истории своей собственной страны, что, потенциально, могло бы быть очень интересным. В России на наш взгляд делаются слишком традиционные фильмы - фильмы о войне, костюмные фильмы - фильмы, которые совершенно не идут. То, что заинтересовало бы здесь, это недавняя история. Удивительно, что ни один режиссер не сделал большого фильма о Сталине, пятьдесят лет после его смерти.

 

Последний фильм Балабанова как раз затрагивает тему недавнего прошлого.

 

Да, фильм интересен своим сюжетом, но, на мой взгляд, он менее интересен по форме. Сюжет слишком прост, по крайней мере, для Франции. Показать небольшое местечко во России, где милиционеры все контролируют, это хорошее начало. Но для западной публики, привыкшей видеть провокативные и новаторские с формальной точки зрения фильмы, сравнение будет не в пользу фильма Балабанова. Он периодически слишком провокативен и сюжет не до конца доработан.

 

Каким образом российские продюсеры и дистрибьюторы могли бы облегчить Вам работу?

 

У меня лично есть мои собственные контакты. Но жаль, что в России не проявляется большего стремления к общению с европейскими дистрибьюторами. Возьмем пример Недели российского кино в Париже. Каждый год зал полон русских, а французские дистрибьюторы не приглашены. Не организуется показов для прессы, для журналистов, то есть, пресса событие не освещает.

 

Я очень люблю фестиваль в Сочи, Кинотавр. Но я, если не единственный, то один из редких западных дистрибьюторов там присутствующий. Западные дистрибьюторы не знают этого фестиваля, а я уверен, что многие из них с удовольствием бы туда приехали.

Русские продюсеры считают, что если в России все идет хорошо, то можно ограничиться только продолжающей расти русской аудиторией. Прогнозы на 2010 год показывают, что сборы в достаточно скором времени могут достичь миллиарда. Плюс к этому продолжает существовать очень русское мнение, что русскими никто не интересуется, совершенно не принимающее во внимание тот факт, что другие кинематографии находятся в абсолютно той же ситуации. А достаточно было бы показывать больше своих фильмов и расширить контакты между профессионалами. Люди же практически незнакомы между собой. А кинематограф это еще и полезные контакты.

Если я работаю с Россией, у меня три или четыре фильма в этом году, так это потому что я туда езжу, потому что я знаком там с людьми и потому что люди меня знают.

 

Кинотавр только начал позиционировать себя как витрину российского кинематографа.

 

Это замечательный фестиваль, хорошо организованный, с высоким уровнем программы. Там показывается лучшее, что снято в российском кино за год. Действительно новые фильмы, еще не вышедшие в залах. За три дня я вижу пятнадцать самых интересных фильмов года.

 

Людям, не владеющим русским языком, сложно смотреть русские фильмы. Достаточно ли внимания российские продюсеры уделяют переводу субтитров?

 

Когда российские продюсеры присылают нам фильмы с английскими субтитрами, этот английский чаще всего ужасен. Основное правило субтитрирования, то есть, сокращение диалогов, очень редко соблюдается. И для человека, не понимающего по-русски, это действительно представляет большие сложности.

 

На самом деле, часто даже не чувствуется желания показывать или продавать фильмы за границу. Во Франции от тридцати до сорока процентов прибыли приходится на продажи за границей. Потенциальные сборы российского фильма за рубежом сегодня очень малы. То есть, они не могут мотивировать продюсера. Такая ситуация была у французских продюсеров пятнадцать лет назад.

 

А кроме того, нет государственной организации, которая занималась бы продвижением российских фильмов за рубежом. Россия это наверное единственная страна, которая не приглашает дистрибьюторов приехать посмотреть фильмы и встретиться с коллегами. Каждый год во Франции многие посольства приглашают французских дистрибьюторов и продюсеров съездить на неделю в страну, чтобы посмотреть новые фильмы и встретиться с людьми. Они приглашают, организуют поездку, пребывание и таким образом можно увидеть около пятнадцати фильмов и с кем-то познакомиться. А Россия – огромная при этом страна - этого не делает. Никакой поддержки не предусматривается для западных дистрибьюторов, которые выпускают русский фильм. Я думаю, что Россия это единственная страна, которая не предлагает никакой помощи дистрибьюторам для сопровождения выхода фильмов за границей.

 

Русское кино часто остается невидимым на Западе, потому что национальными организациями не проводится обычная работа по продвижению фильмов в той форме, как это делается в Париже во время недель итальянского кино, немецкого кино, ориентированных на профессиональную публику. На них приглашаются дистрибьюторы, на них приглашаются зрители, там ведется серьезная работа с прессой и т.д.

 

И это организуется государством?

 

Не всегда. Это может быть государственная организация, профессиональная, профсоюз, все зависит от страны. Часто это частные фирмы. В настоящий момент российские профессионалы никак не организуются чтобы провести эту работу, чтобы показать новые фильмы, не дожидаясь, пока местный дистрибьютор ими заинтересуется.

 

Каждый год в январе Юнифранс приглашает 400 профессионалов, из них много русских. В течение нескольких дней они смотрят французские фильмы. Немцы, итальянцы, испанцы, англичане, все делают то же самое. Россия должна тоже заняться организацией таких мероприятий, посвященных единственной цели, продемонстрировать иностранцам фильмы и познакомить их с коллегами. Это удивительно, что со стороны русских не чувствуется желания организовать что-то подобное, особенно в момент, когда российское кино находится в хорошей форме. То есть, именно такая работа могла бы что-то изменить.

Существуют недели немецкого кино в Штуттгарте, каждый год там присутствуют двадцать немецких дистрибьюторов и шестьдесят продюсеров. Мы проводим там четыре дня, встречаемся с людьми. Это замечательный принцип, проведение подобных недель, но русские этого не делают. Может быть, Кинотавр смог бы играть эту роль, но тоже не факт, потому что это большой фестиваль и часто лучше было бы организовать отдельное, специальное мероприятие. Немцы и итальянцы проводят эти недели каждый год в новом городе, что заставляет иностранных дистрибьюторов каждый год снова на них приезжать.

 

А как Вы оцениваете деятельность частных российских компаний, существующих уже довольно давно, например, таких как Intercinéma Art?

 

Их проблема в том, что они продают только русские фильмы. Итальянский или испанский покупатель не едет в Канны, чтобы смотреть исключительно русское кино, кроме фильмов, включенных в конкурсную программу. Мне пришлось бы очень сложно, если бы я продавал только французские фильмы. То же самое, если итальянский дистрибьютор будет продавать только итальянские фильмы, он их не продаст, потому что он не предоставит того широкого выбора, который часто характеризует французских продавцов. У французского продавца будет русский фильм, испанский, французский, американский и, можно себе представить, что выбраны они будут с большим вниманием и это заинтересует покупателей и поднимет доверие к самим фильмам. Intercinema делает работу первопроходца, продавая русские фильмы и являясь единственной компанией, эффективно работающей на основных рынках.

Сегодня есть и другие компании, постепенно позиционирующие себя в качестве экспортеров. Central Partnership имеет амбиции на международном рынке, у них есть для этого серьезные средства и они делают свою работу. У меня нет информации об их результатах, но они работают и их уже начали узнавать.

 

В экспорте российского кино не видно настоящей политической воли. Американцы начали проводить эту политику еще с войны, с тех пор и все другие страны этим занялись.

 

Собираясь в Москву, западные дистрибьюторы не едут туда, чтобы развлечься. Они приезжают на три дня, чтобы смотреть фильмы. Смотреть фильмы и встречаться с людьми.